СТАРИК

I
Как по сути я глуп,
И как мал мне тулуп,
И как тесно мне в нем,
Эх, гори он огнем!
Накати мне воды,
Замети мне следы,
Сделай все за меня,
Или молча сиди.

А не сделаешь – Бог с ним,

Один нам судья,
Не простит, так умрем,
А простит – поживем.
Расскажи мне, как я
Чудодейственно смог
Выжить там, где живет
Православный народ.

«Богоизбранный» он
Хромоног, однобок,
Любит водку, кресты,
Покосившийся дом.
Любит поезд, по кругу
Он ездит на нем,
И в том тамбуре –
Ты!
И в том поезде сон…

Я прочту этот стих,
И заплачет старик,
Обратится ко мне:
«Ты зачем с нами так?»
Я ударю его!
Ненавистный старик!
Чтобы умер, исчез,
Обратился, затих!

Он и правда исчез,
И уже мне не враг…
Я проснулся в постели,
В больном своем теле,
Продрогший но мокрый до пят.

II
Вышел во двор – покосившийся дом,
Роса на траве, занимается утро.
Тихо, спокойно, слегка неприютно
Мягкая осень лежит на селе.

Блюдце для кошки давно уже выцвело,
Жизнь тоже выцвела, листья летят.
Пойду в магазин, искуплю себя выпивкой,
Мысли включились, и руки дрожат.

Вот она грязь бездорожья ухабного!

Вот куда смотрим мы долго как в зеркало.
Здесь, поскользнувшись, судьба наковеркала
Много смешного и стыдно похабного!

Как мне простить эту пьянь придорожную?
Вот он лежит! Босой, замерзающий,
Третюю ночь без конца умирающий,
Но видимо знающий истину Божию.

Давай – ха-ха!

Расскажи, кем и как ты обиженный!
Тронул его, повернул… и отпрянул!
Тот самый старик, во сне мной увиденный,
Глухо хрипел и ворочался пьяный.

Что ты за черт мне во сне померещился?
Шутишь со мной? Аль чего добиваешься?
Я не из робких, запомни, умаешься
Делать со мной то, чем вздумал потешиться!

А ну, просыпайся, развалина старая!
Не то не увидишь уж солнышка светлого!
А он вдруг поднялся и вымолвил странное:
«Нельзя тебе пить… избавляйся от скверного».

Смотрю на него ошалело и дико,
Крест на нем вижу, нелепый, дубовый.
Становится больше и вот он огромный!
Над нами навис…
Я проснулся от крика.

III
Проклятая ночь. Что со мной происходит?
Я лежу дома с температурой,
В богатой квартире, обставленной модно,
С личной служанкой, красивой но дурой.

Аня!
Неси мне стакан или кружку!
Лечи меня виски, пои меня ромом,
Тоску окаянную, вставшую комом,
По горлу гони в меня иль наружу.

Ложись со мной рядом, я буду пить,
А ты наблюдай за дедом и батей.
Они здесь появятся – стоит налить
Лишь рюмку моей генетической памяти.

Я прожил жизнь, и еще миллион,
И все как одну неизменно в России.
Где снится всегда одинаковый сон
Про грязь, старика и мессию.

МОЛИТВА

От слабого к сильному,
К звездам, к прощению,
К радости дней

Грядущих, будущих,
Солнце мое!
Дай мне сил и спасения
От немощных нищих,
Орущих, дерущихся.

От слова неверного,
С фальшью, без совести,
Намеренно плохо,
В утеху незрячему,
Веди меня ангелом,
Будь со мной, Господи!
Храни меня ясного, доброго,
Спящего!

ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ

Зазвонили купола
У кирпичного двора.
Побежала детвора,

Кто туда, а кто сюда.
В переулках стало тесно,
Люди крестятся, и на
Самом видном месте встала
В полный рост моя Москва!

Ахнули глаза народа,
Потянулись руки вверх,
Ломанулась в продуктовый
Сотня тысяч человек.
Поздравляли с новым годом,
Начинали новый век…

На моих глазах на землю
С неба падал
Черный снег

ТЫ И Я

Все что нужно от тебя – это ты
У меня в кровати поутру,
И еще немножечко любви
До того, как я опять умру.

Все что нужно для тебя – это я,
С тобой рядом наблюдающий, как
Ты меняешься от А до Я,
Заменяя бардаком бардак.

Все, что нужно нам – это мы,
Все, что нужно им – это мы,
Так останемся и мы верны,
Чтоб смотреть одни и те же сны.

Все, что будет с нами – будет ложь
В наркотическом забы-ти-и.
Мне расскажут, когда ты умрешь,
И вновь
Я один останусь мрачный и мнительный.

ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ

Мне осталось совершенное чуть-чуть,

Мне осталось только пару раз подпрыгнуть,

И я стану то ли кысь, а то ли чудь,

Буду лазать по деревьям еле видим.

Мне осталось только пару раз сказать:

«Укрепи мой выбор, Господи, и дай мне веры!»

Я не буду больше врать,

Я не стану дальше ждать,

Я готовлюсь становиться инженером

Человеческих душ.

СУМАСШЕДШАЯ

Сумасшедшая голая баба,
Раздевшись, голая бегает.
И публика глупая рада,
Что бегает баба голая.

Кричит она бедная: "Сволочи!"
И тело ее развевается,
Руки ломая от горечи,
Груди сжимая от холода.

Глаза ее черны и волосы,
Безумие в них и пророчество,
Косы, как райские полосы,
Ждут, когда похоть взбунтуется.

Толпа! заражаясь безумием,
Внимает ее но не слушает!
И в лоно врезаясь Везувием,
Все вокруг с грохотом рушится!

Кричит она райская: "Бедные,
Что вы наделали, сволочи?!"
Но страстно целуют бледные
Губы ее желанные,

Страшно гудят уже площади,
Слишком уже запущено!
Найдут ее утром и … кончено,
Открыты глаза, бездыханная.

БЕЗ МЕНЯ

Там далеко где-то семья,
Там, где не я, тепло и уютно.
Я их люблю, а они меня
Вспоминают каждое утро.

Там за дорогами где-то друзья,
Там без меня гуляют хохочут.
Я их люблю, а они меня
Вспоминают пьяные ночью.

И все остальные, кто знают, где я,
Тоже добры и желают хорошего.
Всем вопреки, им благодаря,
Себя здесь не чувствую брошенным.

Смотрю в потолок или небо над ним,
Где все ваши лица, являясь портретами,
Мне улыбаются, двигая дни,
Часы и минуты заветные,
Теперь для меня одного –
Незаметные!

ЧЕЛОВЕК

Обычный с виду человек,
А пережил большое горе.
Теперь вокруг совсем не то,
Все некрасивое, кривое.

Теперь дожить остаток лет,
Себя куда-нибудь девая,
Не плохо и не хорошо,
А так… тихонько умирая.

НОЧЬЮ

Тиха ночь, и только кто-то
Мешки тащит по асфальту.
Этот звук такой знакомый
Русской ночи идеальной.

Кто-то своровал картошку,
Кто-то думает о детях,
Он счастливей всех на свете,
Но немного аморальный.

Расскажи, как выжить, Боже!
Нам в стране забывшей имя.
Любим мы ее, как можем,
Все сосем большое вымя.

Нам ли бороздить просторы?
Или горевать от скуки?
Водка есть и стол на кухне,
И пустых бутылок горы.

Прожит день, и ладно,
Складно аль не складно.

Что-то в нем хорошего,
Что-то от плохого,
Дай нам знать, что правы мы –
Все исчезнет кроме
Ям дорог, косой избы и кое-чего другого.

ЛЕТО

Ветрено в доме,
Поют соловьи,
Солнце заходит за телевизор,
Озера гладь на рабочем столе,
Дым от костра
Из печки на кухне

Скоро потухнет,
И будут угли,
С гитарной репризой
Глинтвейн из кастрюли,
Весело в доме поют соловьи,
Такая погода
Присуща июлю.